24/05/2026
Если уж говорить о тревожности или о той самой фоновой тревоге, нельзя не коснуться темы близости и привязанности. Потому что очень часто именно отношения становятся тем местом, где наши глубинные тревоги проявляются особенно ярко.
Хотя коллеги меня ругают за слишком личные примеры, мне всё-таки проще разбирать это через собственный опыт. Потому что теория теорией, а жизнь обычно показывает всё гораздо честнее и больнее.
Эту динамику я по-настоящему осознала уже в 44 года, когда встретилась с Франческо. И она проигралась у нас по полной. Хотя мне казалось, что я «проработанная».
Итак, как говорится, сказка началась так: «Вот они и встретились — два одиночества: тревожно-контролирующий с тревожно-избегающим… и понеслось…»
На старте я очень нуждалась в определённости и подтверждении нашей связи, мне нужна была ясность: «Ну и что?»
А мой партнёр вообще не был готов к моей экспрессии и лавине эмоций. Это не значит, что он был влюблён меньше, но, по-моему, был сильно напуган скоростью и быстрым сближением, а главное — моей необходимостью всё время быть «в контакте», в нашем случае — в переписке.
Малейшее замедление с ответом, колебание в интонации — и я тонула в тревоге.
Мне важно было получить определённость, иначе я не выдерживала страха отвержения и этих сомнений: кто мы друг другу? куда всё движется? я важна тебе или нет?
Знаю, что многие женщины подвисают в этой неопределённости на годы… и так и не могут сдвинуться с мёртвой точки. Ни тпру ни ну.
Как правило, мужчине нужно время на этом этапе, естественность самого процесса.
И, конечно, если вы женщина со страхом отвержения и это ваше больное место, вы «приедете» сюда на первой же остановке отношений.
Корни этой динамики ведут в опыт детской привязанности, где мама была эмоционально холодной и непредсказуемой, как в моём случае: то приближала, то резко отталкивала. И тогда психика буквально «запомнила», что любовь небезопасна, её можно потерять в любой момент, поэтому близости начинает одновременно и отчаянно хотеться, и сильно пугать.
У меня поднялась дикая тревога.
Я думала: «Как? Я же всё про это знаю. Я же проработанная».
Но мой «внутренний ребёнок» так не думал. Я страдала по полной.